вторник, 17 февраля 2009 г.

Закулисье "Дома - 2" в фильме "Девственность"!

В документальном хите Виталия Манского "Девственность" показывают реальное закулисье "Дома-2", торгуют собой и читают лекцию о политэкономии русской девственности.
Режиссер: Виталий Манский
В ролях: текст от автора: Александр Цекало

Три девицы едут в Москву продавать девственность: за участие в "Доме-2" (Кристина), за розовый особняк в центре (Карина), за приличное образование в столичном ВУЗе (Катя). Одна — из Котовска, другая — из Выползово, третья — из вполне еще вменяемого Ярославля, но и этот населенный пункт голос за кадром отодвинул аж на 400 километров от столицы, то есть на стольник дальше, чем на карте. В означенных местах документальная камера Виталия Манского фиксирует дежурные мерзость запустения и дикость — хоть бросай документалистику и зови Саморядова с Луциком. По улицам провинции бродят козлы — настоящие, рогатые, с бородками. Люди по улицам уже не ходят, а собираются толпами на берегу реки и бьют друг другу морды. Нищета космическая. У одной из героинь, например, всего два платья — выпускное, и то, в котором она поехала в столицу продавать невинность, чтобы накопить на институт — единственный момент в фильме, на котором действительно захотелось встать, закрыть лицо руками и шумно разрыдаться. В прочие, а таковых в "Девственности" предостаточно, люди на премьере ржали.

Ну а как не ржать? Закулисье "Дома-2", куда опрометчиво пустили русского документалиста, представляет собой такой адский паноптикум, что впору открывать параллельное реалити-шоу про то, как этот "Дом" снимается. Точно такие будет рейтинги, не сомневайтесь. Карина — монструозная Барби-фетишистка, та, которая "девственность за особнячок" — вообще ходячая энциклопедия блондинки и главный хит программы: столько народной мудрости в единицу времени не способны сформулировать никакие наши сериалы и фильмы — только успевай записывать. Документалист Манский, настроенный на серьезное обсуждение происходящей в стране катастрофы нравов, на такой эффект, похоже, не рассчитывал и явно растерялся в обществе мальчиков и девочек, готовых за два миллиона долларов продать своих родителей. Иначе, чем  растерянностью, никак не объяснить, зачем после каждой ударной сцены, когда жизнь в кадре только начинает бить ключом по голове, он жмет на паузу и бежит в соседний цех за русским литератором, чтобы тот объяснил, что за бесовщина творится у него в фильме.

За русскую литературу в фильме пришлось отдуваться Дмитрию Быкову, написавшему целую закадровую лекцию о политэкономии русской девственности, смысл который можно передать примерно так: сейчас продается все, но когда и картошку всю продали, и родину, и вообще дошли до ручки, продадут и то, что в хозяйстве не пригодится точно. В какой-то момент, когда фильм про девственниц опять остановили и пошла схоластика, в каком разрезе трактовать девственность — в духовном или физическом, авторы, кажется, вконец запутались. В отличие от Кати, Карины и Кристины, которые про вынесенный в название предмет, не в пример нашей мыслящей интеллигенции, знают все четко и конкретно.
 
Такое вот странное впечатление от "Девственности": смотреть нужно обязательно, но говорить по сути не о чем, не рискуя оказаться в той же ситуации, что и режиссер, спросивший одну из героинь "что я могу сделать, чтобы ты этого не делала?". Странно, но Манского уже обвинили в манипуляции реальностью и зрителем. Чушь. Он — такая же жертва реальности, как и все остальные, имевшие дело с девственностью. То есть встал человек перед реальностью, о чем-то ее спросил и... развел руками. А разевать рот позвал русского писателя — профессия у писателей такая.